Добрый и смешной рассказ. «Остался я на хозяйстве с двумя детьми, двумя котами и одним холодильником… Спасибо, Браво автору!

Супруга уехала на три дня к крестной, а я
остался на хозяйстве с двумя детьми, двумя
котами и одним холодильником. Хозяйство
хоть и небольшое, но весьма шумное и
разнообразное в своих поступках. То
детишки что-нибудь отмочат нестандартное,
отчего из моего лексикона пропадают все
приличные глаголы, то котэ начинают из
совершенно необнаруживаемого места
лопотать и бурчать загробными голосами,
вызывая у меня приступы неукротимой
паранойи… Только я закрыл за супругой
дверь, как Лисень (кошка моя) ненавязчиво
так постучала мохнатым лбом в ногу.
— Пойдем, да? — молвило животное, глядя на
меня загадочным взглядом.
— Куда, четырехногое? Я бы на диван пошел,
а ты ковыляй по своим кошачьим делам…
— Не, ты не понял, — мявкнула Лисень, —
Пойдем, что покажу.
Не могу отказать, когда меня просят
женщины и кошки. Пришлось идти.
Лисень шла впереди и периодически
оглядывалась, не потерялся ли по дороге
глупый человек. Человек был на месте.
— Здесь! — мявкнула Лиса и пошаркала лапой
в углу кладовки.
— Что — «здесь»? — не врубился я в ее намек.
Котэ аж застонала от моей непроходимой
тупости:
— «Здесь», это значит тут! Рожать сейчас
буду…
Обана, ехарная кукуруза! Ведь буквально
недавно супруга, трогая Лисино брюхо,
предположила беременность, а я все
убеждал, что кошка просто кушает хорошо.
Но на всякий случай пошерстил инет на
предмет внешних признаков. Одним из них
значилось — «Перед родами кошка скребет
лапой в месте, где будет рожать». Вот
Лисень и поскребла в углу…
— ДО-О-О-ОЧЬ! — трубным голосом заорал я
дитю, — Неси тряпки!
Лисень, услышав мой рев, присела и с
испугом посмотрела на меня.
«Успокаивайте кошку ласковыми словами,» —
вспомнил я следующий пункт инструкции
юного акушера.
— Лисень, ты это… — Забубнил я, как мне
кажется, ласково, — Ты, главное, не ссы
керосином! В смысле, не бзди нафталином.
Все будет нормуль, — нетвердо пообещал я
кошке.
— Ты сам не ссы! — тактично отозвалась котэ
и сделала на полу маленькую лужицу.
Понюхав и поудивлявшись внезапному
казусу, Лиса забралась на постеленную
тряпку и, глядя на меня, грустно сказала:
— Мяв!
И тут я понял, что срочно необходимо
перевоплощаться в акушера. Я был спокоен,
по крайней мере, старался показать это
Лисе. «Не показывайте кошке, что вы
волнуетесь, иначе волнение передастся ей,» —
вспомнил я еще один пункт. Пришлось
сделать морду кирпичом и доверительно
сообщить Лисе, что кошачьи роды — это мое
хобби, и вообще, бояться нечего, тем более,
что у горного инженера, коим я являюсь, и
акушера, есть много общего.
— Мяв! — опять обратила на себя внимание
Лисень. Я, поскольку уже почти акушер, с
умным видом, двумя пальцами приподнял
Лисин хвост и пристально посмотрел туда.
Там ничего особенного или внештатного не
наблюдалось. Все было как обычно —
волосатая задница и две ноги.
— Ну, чо там увидел, человече? —
Издевательски буркнула котэ.
— Да пока все пучком. Задница как задница.
Шерстяная.
— Мяв! — мявкнула кошка. И издевательски
спросила, — А сейчас?
Я опять глянул в котовий секрет и с ужасом
увидел мелкую, темную, шевелящуюся
кучку. Лисень, заметив мой ошарашенный
взгляд, буркнула традиционное
успокаивающее: «Не ссы!» — и принялась
вылизывать первенца.
— Мяв! — опять мяукнула животная, и рядом с
первым зашевелился второй котенок.
Глядя на кошкины роды, я почувствовал, что
внутри у меня начал образовываться какой-
то капец, в результате чего акушер махнул
крыльями и резко покинул мой организм,
уступив место гражданскому трусу. Лиса,
заметив мое бледное, как новорожденный
блин, лицо, оторвалась от котенка и
сообщила, чтобы я особо там не
расслаблялся, ибо в ее кошачьем организме
имеется на подходе еще одно маленькое
животное.
Чтобы не расслабиться прямо тут, в
кладовке, пришлось сесть на маленькую
детскую табуреточку, расписанную под
хохлому.
— Слышь, ты это… Котенка видишь? —
муркнула Лиска — Там я пуповину не
догрызла. Улавливаешь?
Я, как представил себя, догрызающего пупок
котенка, так сразу почувствовал, что в
кладовку-родильню кто-то зашел. Даже не
оборачиваясь, я понял — это друг Кондрат, и
сейчас он полезет ко мне обниматься.
— ДО-О-О-ОЧЬ! — прогудел я последним
криком парохода, — Неси ножницы! Только
простерилизуй их!
Через полминуты я держал в одной руке
острые ножницы, а в другой котенка вверх
животом, из которого десятисантиметровой
веревочкой свешивалась пуповина. Котенок
пыхтел что-то недовольное, показывал мне
лапками пошлые ругательства и, кажется,
немного матерился на меня. Из угла мудро и
ободрительно смотрела Лиса, вспоминая
родильный кодекс котэ — «Не показывайте
человеку, что вы волнуетесь, иначе волнение
передастся ему».
Отодвинув задние лапки, я аккуратно
примерился и щелкнул инструментом.
— Поздравляю с рождением акушера, —
хихикнула из угла Лисень.
Я, титаническими усилиями запихивая в себя
активно рвущийся наружу капец, осторожно
положил будущего огромного сибирского
котэ к Лиске.
— Все? — Лисень посмотрела на меня, — Ну,
тогда Мяв!
И тут же около нее зашевелился третий
комок. Я тихо опустил свой организм на пол,
сравнявшись расцветкой лица с
табуреточкой…
Все прошло хорошо. За исключением папы
Севы. Когда Лиска мне намекнула, что
собирается окотиться, я Севку запер в
комнату. Как он ломился оттуда, как
ломился! Трещала дверь, басом матерился
Кот, кидая свое тело в закрытый дверной
проем. Потом раздались такие удары, что я
понял — Сева взял подмышку детскую
кровать и долбит ею, как тараном.
Позвонил знающему человеку. Человек,
посмеявшись, разрешил выпустить Севу, что
я и сделал.
— МЯЯУУУ!!! — ворвался Кот в кладовку. Хвост
вверх, уши торчком, весь такой боевой и
доминантный, — Чо тут происходит без меня?!
Потом подошел к Лисе, заметил
попискивающих котят, понюхал их и тут…
У свирепого, сильного, мужественного и
геройского Кота мгновенно опал на пол
хвост, задорно торчащие уши поникли, как
ромашки под навозом, и мохнатая котовья
туша резко опустилась вниз, будто
сломались все четыре домкрата разом. Вот
таким макаром, на своих подрубленных
домкратах, покачивающийся Сева и вышел
из родильного отделения. И еще два дня
после этого котэ восстанавливал
разногласие между своей психикой и
возникшими реалиями. Потом хвост опять
задрался вверх, домкраты выпрямились, и
теперь он гордо заходит к Лисиной лёжке,
трется щеками о котят и иногда помогает ей
их вылизывать.
Теперь по утрам я захожу к котам, смотрю
на них ласково и с нежностью говорю:
«Доброе утро, семья котов, блин.»

ПОНРАВИЛОСЬ? ПОДЕЛИТЕСЬ!

источник

Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Добрый и смешной рассказ. «Остался я на хозяйстве с двумя детьми, двумя котами и одним холодильником… Спасибо, Браво автору!